Одесса обаятельный город. Здесь почти не соблюдают правила дорожного движения, об исторически ценных домах и памятниках вспоминают только в связи с предстоящей показухой. Но туристу заблудиться не дадут. Колорит «Южной Пальмиры» с годами становится только более насыщенным. И совсем не верится, что у города такой юный «электрический» возраст — Одессе-маме на днях стукнуло двести двадцать.
Многоликая Одесса удивляет смешением стилей, конфессий и обычаев. Наверное, оттого и не верится в юные годы города, что разномастность его населения сродни тысячелетней Византийской империи. И национальность у всех жителей одна — одесситы.
А язык?! Даже сегодня, когда настоящих носителей «одесского языка» почти не осталось, его перлы искрами вспыхивают в разных уголках страны. И, кажется, что из Одессы ты и не уезжал вовсе. Наверное дело в том, что каждый, кто здесь побывал, в какой-то степени, сам становится переносчиком колоритных слов и выражений.
Для того, чтобы не просто увидеть, но и почувствовать город, нужно как следует пообщаться с тем, кто в нем живет и любит его историю.
Скажете, не вопрос, на обзорную экскурсию съездить — и хватит? Да уж, по Дерибасовской пока пройдешь, раз десять за рукав дёрнут. «Вас ждёт увлекательная экскурсия на электромобильчике» — сорок минут, и справились…
А так, чтоб не «для галочки», а для души хотелось бы? По-настоящему.
Овсянку я не то, чтобы не любил, но всячески старался оставить «на потом». Ещё бы: завтрак на выходных дома, по будням в садике, а после и в школе, частенько включал в себя эту скользкую бурду с плёночками овсяной шелухи, которая так неприятно обволакивает нёбо.
На воде ли, на молоке её варили, сладкая или солоноватая она была, даже учитывая пользу «геркулесовой» каши, всегда находилось чем забить желудок, чтобы этот продукт уже не влез.
И несмотря на то, что мама старалась приготовить кашу повкуснее, свежей я ел её очень нечасто.
Со временем овсяная каша почти исчезла из рациона, и стало казаться, что её и не было вовсе. Потом, уже во взрослой жизни в режиме цейтнота, появились быстрорастворимые каши в пакетах.
Прошлое стирает из памяти широкими полосами серый зернистый ластик повседневной жизни. Бывает так, что сегодня не отличить от вчера, настолько похоже. Но, нечаянно пойманным створкой окна солнечным лучом, вдруг вспыхивает какой-нибудь особенно яркий эпизод, рождая лавину ещё не растушёванных ощущений.
Вчера в Харькове прошёл концерт Сергея Трофимова. Пролетел, так точнее, хотя как могла пролететь трёхчасовая программа с антрактом?
Юбилейный двадцать пятый студийный альбом не особенно и рекламировали, но почему-то захотелось пойти. И это при том, что я не люблю шансон.
К текстам шансонье постсоветского разлива, особенно тюремным, я отношусь с недоумением, или даже проще — не понимаю.
Рождественские каникулы в этом году получились «на свой счёт». Но поездка на западную Украину того стоила. Скажу больше, мечте увидеть европейский город почти удалось сбыться. И всё потому, что мы с женой побывали во Львове.
Перед поездкой, увлеченно исследуя грядущие маршруты, бывало, посещали сомнения: а ну, как не понравится. Националисты, знаете ли, особый выговор западенский, ещё что-нибудь…
Но всё оказалось пустыми хлопотами, и после поездки я с удовольствием делюсь с Вами развенчанными мифами об этом удивительном городе на каменном ложе.